Маченкат

Из сборника:

Давно это было.
Жили брат с сестрой. Отца-матери не помнили, одни в тайге выросли.

Сестра дома пищу готовила, а брат зверя промышлял. Подошла пора охотничья—брат в тайгу собрался идти.

Брат сестре наказывал:

— Маченкат, если гости будут, ты хорошо встречай. Бурундучёк придёт — накорми, сорока прилетит — накорми.

Брат ушёл. Сестра из меха шубу шить начала. Работала работала — ни сорока не прилетела, ни бурундучок не при шёл,— медведица пожаловала! В дом вошла — поклонилась

Маченкат испугалась, к печке подскочила, золы схватила — зверю в глаза бросила.

Медведица лапой прикрылась, заревела, по дорожке, по какой брат ушёл, побежала.

Время пришло — снег таять начал. Сестра брата ждёт. Сегодня ждёт и завтра ждёт. На край сухого болота вышла. Видит: будто брат идёт навстречу, вихорь-снег вдали поднимается. Думает: «Сердится, видно, на меня брат!» Смотрит, а вихорь пропал, брата не видно. Пождала, пождала, повернула лыжи обратно, пришла домой. Вечер прошёл, ночь прошла; а брата и утром нет.

Живёт Маченкат дальше. Снег совсем сходить начал. Снова она лыжи надевает, отправляется брата встречать. На болото вышла, опять то же видит: брат навстречу идёт, снег-вихорь вверх поднимается. Маченкат подумала: «Пусть сердится брат — пойду встречать!»

Доходит до того места, где вихорь поднимался, а брата здесь уже нет, как не бывало. Его лыжня заровнялась, а по ней медведь прошёл. Сестра по медвежьему следу побежала на край тайги. Видит — стоит нарта брата, а его нет нигде. Брат, видно, домой шёл, медведь его встретил. Сестра решила — искать надо брата.

...Вечером себе котомку сделала. Всю ночь не спала. Утром, только светло стало, на улицу вышла. Лыжу взяла, бросила к верховью реки. Лыжа катиться не стала, перевернулась. «Туда дороги мне нет»,— подумала сестра. Лыжу бросила к устью. Туда лыжа покатилась. Вот куда идти надо!

Маченкат на лыжи, подбитые мехом выдры, встала, по тому пути, куда лыжа покатилась, пошла.

Долго ли, коротко ли шла — вечерняя пора подходит. Дрова заготовлять для костра время настало. Переночевать надо.

Маченкат пней гнилых натаскала. Для растопки пень берёзовый сломить надо. Сломила пень — из-под него лягушка выскочила.

— Ах, какая беда! — закричала лягушка.— Ты мою избу сломала, хочешь меня заморозить?

Девушка ей говорит:

— Сломала — поправлю. Я ведь не знала, что тут твой дом...

— Давай вместе ночевать,— говорит лягушка,— сестрами будем. Я сейчас костёр разведу, воду вскипячу, еду приготовлю.

Занялась лягушка делом. Девушка смотрит — гнилушки сыплет лягушка в котёл! Говорит ей;

— Не будем гнилушки есть. Мясо сварим. У меня запас. Согласилась лягушка:

— Давай мясом поужинаем.

Сварили ужин, поели. Легли спать. Утром лягушка говорит:

— Давай поменяемся на время одеждой и лыжами.

Девушка лягушкины лыжи-голицы надела, шубу дырявую надела, а лягушка её лыжи, мехом подбитые, и соболью шубу взяла. Пошла девушка, а лыжи и не катятся. На таких сроду не ходила. Не умеет ходить на лыжах-голицах,— падает. Насилу догнала лягушку.

Лягушка радуется:

— Ой-ёй-ёй. Какие лыжи у тебя. Сами катятся! Ты, девушка, для подружки ничего не жалеешь. Срок придёт, я за это отплачу тебе.

Маченкат говорит:

— Ох, какие худые у тебя лыжи. Я все руки исцарапала. На гору не могу взобраться на таких лыжах, неподбитых.

Тут они снова поменялись всем. Лягушка свою дошонку надела, а девушка — соболью шубку.

Сварили они обед. Поели. Пошли в свой путь.

Долго ли, коротко ли шли, слышат, где-то лес рубят. Они ближе подходят. Видят, люди город большой строят. Лягушка сказала девушке:

— Сейчас нас женихи встретят. С золотыми подвязками мой жених будет, с ремёнными подвязками — твой жених.

Девушка лягушке отвечает:

— Что ты, сестричка, говоришь? В незнакомое место пришли, какие здесь женихи нам с тобой?

К берегу подходят, а два парня навстречу к ним: Кана и Колькет.

Кана человек умелый был, знал всё и всё мог сделать. Девушка смотрит на Кана. На нём не золотые подвязки, а из черёмуховой лычки.

Кана взял лягушку за руки, и тут она в девицу-красавицу превратилась.

Колькет к Маченкат подошёл. Поклонился ей. Глаза голубые, кудри вьются кольцами.

Колькет девушку Маченкат тоже за руки стал брать: — Я давно тебя ждал. Она руку отдёрнула.

— Что ты! Никто меня сроду за руки не водил. Сама я сюда пришла, и дальше сама тоже пойду.

Колькет всё-таки помог ей на высокий берег взойти. Им люди навстречу вышли, много народу. Утром стали свадьбу готовить, столы поставили. Весь народ на праздник собрали. Пир был большой.

Долго ли, коротко ли они жили — снег растаял. С реки лёд унесло.

Говорит Маченкат Колькету:

— Надо съездить на родную сторону, брата поискать.

Собрались Колькет с женой и Кана со своей женой. Сделали лодку крытую. На родину Маченкат поехали по реке! Кана говорит: ,

— Пока своего не добьёмся — искать будем.

Много ли, мало ли ехали, вдруг увидели они — несёт по реке щепки свежие. Подумали: «Кто-то новый дом построил». Ещё немного проехали, увидели — на вершине кедра сидят медвежата маленькие, делят шишки кедровые.

Слышат — спорят медвежата. Большой говорит: «Я свои шишки тёте отдам», а маленький говорит: «А я дяде отдам». Потом с кедра скатились, об землю ударились — ребятишкам стали, к берегу побежали, закричали:

— Дядя! Тётя! Нас в лодку посадите. Кана говорит:

— Однако нашли мы твоего брата, Маченкат. Посадили ребят в лодку, поехали дальше. Вот старший и говорит:

— Тётя, мама сильно рассердилась, когда услыхала, что ты едешь. Отец не сердится. Он дома вас будет встречать, а мама медведицей будет. Ты только не бойся, подходи. Что у тебя есть, с тем и кланяйся ей.

Увидали они дом на берегу — брат Маченкат у входа их встретил. Обрадовался, всех в гости позвал.

Маченкат вынула шёлку кусок большой, медведице поклонилась: «Прости меня»,— сказала и шёлком накрыла её. Медведица на улицу вышла. Стряхнула с себя шкуру — женщиной стала. В избу вошла, словами не рассказать — какая красавица. От волос и бровей будто серебро сыплется. Тут они помиирились, поцеловались. Смотрит Маченкат: у жены брата щека одна обожжена. Догадалась Маченкат, говорит ей:

— Разве я бросила бы золу в тебя, если бы знала? Брат сказывал: бурундучок придёт — накорми, сорока прилетит — накорми. А ты не бурундучком, не сорокой — медведицей пришла.

Брат сказал ей тут:

— Есть в тайге закон — кто другом в гости придёт, всегда хорошо встречай! На дружбе мир держится.

Тут начался у них пир. Сухари из мяса были, оленина была, сало лосиное. Долго пировали!

Страницы: 1 | 2