Факир-чанд

Из сборника:

— А если кто-нибудь снесет главные ворота до приезда царевича, будет ли он спасен? — поинтересовалась Вихангами.
— Конечно, в этом случае он избежит смерти, но впереди его ждет еще одна опасность. Когда царевич прибудет во дворец и сядет за праздничный пир по случаю его приезда, ему подадут блюдо из рыбы-рохита.29 Только начнет он есть голову этой рыбы, как большая кость застрянет у него в горле, и он умрет, — предрек Вихангама.
— А если кто-нибудь другой возьмет голову рыбы с блюда царевича и съест ее, будет ли царевич спасен? — задала вопрос Вихангами.
— Да. Но испытания его на этом не кончатся. Когда царевич и его молодая супруга после обеда пойдут в опочивальню, из-под кровати выползет огромная кобра и ужалит царевича насмерть, — заверил Вихангама.
— Но ведь может так случиться, что кто-то заранее спрячется в опочивальне и, когда кобра выползет, разрубит ее на куски. Спасет ли он этим царевича? — снова спросила Вихангами.
— Действительно, в таком случае жизнь его будет спасена. Но только тот, кто убьет кобру, не должен рассказывать о том, что он сейчас услышал. Если расскажет, то превратится в мраморную статую, — ответил Вихангама.
— И нет средства оживить статую? — удивилась Вихангами.
— Такое средство есть. Мраморную статую можно оживить, омыв ее теплой кровью родившегося у царевны младенца, — сказал Вихангама.
Беседа вещих птиц продолжалась до утра, пока не посветлело небо на востоке и не начали каркать вороны. Как только спящие путники зашевелились, птицы умолкли. Но сын визиря слышал их разговор от начала до конца.
Утром все трое продолжили путь и вскоре повстречались с целой процессией. Там был слон, лошадь, паланкин и много слуг. Все это послал царь, когда прослышал, что царевич с женой и сыном визиря приближаются к столице. Слон, покрытый дорогой попоной, предназначался для царевича, богато разукрашенный серебряный паланкин — для царевны, а лошадь — для сына визиря.
Только царевич хотел взобраться на слона, как к нему подошел сын визиря и сказал:
— Позволь мне сесть на слона, а сам поезжай на лошади.
Царевич был удивлен такой дерзостью и подумал, что его друг забывается. Царевичу это не понравилось, но, помня все, что сделал для него сын визиря, он ничего ему не сказал и сел на коня.
Процессия двинулась в путь. Через некоторое время показались царский дворец и празднично украшенные главные ворота. Сын визиря остановил процессию и попросил царевича отдать приказ разрушить ворота и только после этого въезжать во дворец. Эта странная просьба привела царевича в изумление, ведь сын визиря ничего ему не объяснил. Царевич в душе разгневался на своего друга, но, помня добро, которое он ему сделал, приказал разрушить ворота.
Когда они прибыли во дворец, царь устроил им пышный прием. Когда царевич рассказал о том, что им пришлось пережить, изумлению царя и его приближенных не было конца. Все наперебой хвалили сына визиря за находчивость, благоразумие и верность.
Придворные дамы были поражены красотой царевны. И было чему удивляться: бледно-розовое личико, лебединая шея, глаза, как у газели, губы, что спелая вишня, высокий лоб и прямой нос, длинные темные волосы, грациозная, словно у молодой слонихи, поступь30 — все при ней. Самые строгие ценители женской красоты не находили в ней ни одного изъяна. Женщины окружили царевну и засыпали вопросами о ее родных, о подводном дворце, где она жила, о змее, которая убила всех ее близких.
Настало время обеда. Столы были уставлены золотыми блюдами с различными кушаньями. Перед царевичем поставили огромную голову рыбы-рохита на золотом блюде.

Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10